1812 ГОД.

Когда экономическая борьба с мировым преобладанием английского капитала, английской торговли и промышленности, ни к чему не привела, вожделения европейской континентальной буржуазии, вождем которой стал Бонапарт, устремились на Россию.

Огромная страна с примитивными хозяйственными формами, с феодальными формами землевладения и крепостным земледельческим народом представляла и рынок, почти безграничной емкости, и неисчерпаемые запасы сырья. [22]

Что же случилось, когда вражеские полчища нахлынули на русское отечество?

Вся наша знать, начиная с немецкой династии, воспитывалась на французском языке. И цари, и придворные, и вельможи со времени Екатерины даже между собой предпочитали говорить, худо ли, хорошо ли, по- французски. Правда, союз Александра с Наполеоном, Тильзит и Эрфурт вызывали у части высшего общества

В те времена, во времена Екатерины, Павла, Александра и позже русские мужики, обыкновенно голодные, плохо одетые и плохо обутые, дрались везде, куда водили их господа, одетые в генеральские мундиры. Дрались крепко, упорно, лезли на альпийские снега и терпели от воровства, бестолковости и бездарности своих командиров больше, чем от неприятелей. Дрались, мерзли, голодали и отдавали жизнь и здоровье, не понимая, зачем и для чего. Господа приказывали, а мужики привыкли слушаться и исполнять всякую работу и всякое приказание. Но в 12-м дело было и просто, и понятно. На русскую землю, на русские деревни лезли какие-то чужие люди, жгли, грабили и убивали. Конечно, их надо было перво-на-перво гнать в шею. Правда, Наполеон распространил какие-то бумажки, в которых говорил об уничтожении крепостного права. [23]

Но ведь Наполеон был не свой человек, не Разин, не Пугачев. Мужики-то и своим господам, которые заговаривали об уничтожении крепостного права, не доверяли, а тут какие-то чужие басурманы, которые пока что жгут и грабят, и прут на родную деревню, лезут в его собственную мужицкую избу, да притом какие-то турусы на колесах разводят.

Пусть генералы мудрят по своему, на то они и господа, и командиры, и солдаты у них, а мужики делают свое.

Александр, в душе которого уже совершался тот внутренний перелом, который так ярко сказался во вторую половину его царствования, предоставил все „воле божьей" и поплыл по течению. Д течение было такое, что надо прежде всего из родной земли выгнать непрошеных гостей и донимать их всячески боем, измором, рогатиной, голодом и, пока не уберутся во свояси, не вступать ни в какие разговоры, а тем паче не мириться. [24]

Александр не столько понял, сколько почувствовал это настроение, и с присущей ему театральностью выразил это в своих знаменитых словах:

„Скорее отращу себе бороду и буду питаться хлебом в недрах Сибири, чем подпишу позор моего отечества и добрых моих подданных". Эта декламация со словами о „добрых подданных" звучит, как перевод с французского.

Как ни путали генералы, интригуя, соперничая, подставляя друг другу ножки, как было под Березиной и в других местах, как ни воровали интенданты, но „мужички за себя постояли". Мужички в солдатских мундирах и с плохими казенными ружьями и мужички и даже бабы в лаптях и зипунах с косами и всяким дрекольем.

Когда России пришла на помощь суровая зима 1812 г., исправив все ошибки генералов, и ни одного неприятельского воина не осталось на русской земле, благоразумным людям казалось, что война, которую без нужды накликал на Россию Александр своей неловкой и слишком хитрой дипломатической игрой,- кончена. Но не так думал Александр. Азарт игрока опять возгорелся в нем, война была перенесена за пределы России и солдаты разоренной страны опять должны были своею кровью платить за царственную игру, за чужие и чуждые им интересы .

Власть мятежников
В обращении руководства восстания «К населению крепости и города Кронштадта» говорилось: «Временный комитет озабочен, чтобы не было пролито ни одной капли крови». Накануне ночью радиостанция мятежников впервые вышла в эфир: «Всем! По воле кронштадтских матросов, красноармейцев и рабочих власть в Кронштадте без единого выстрела перешла в ...

Книгопечатание
На Украину книги длительное время привозились из других стран, поскольку собственного книгопечатания не было. В учебнике по истории СССР рассказывалось о деятельности в Москве первопечатника Ивана Фёдорова и его помощника белоруса Петра Мстиславца. Гонимые в период царствования Ивана Грозного печатники переехали в Литву. Они открыли тип ...

Белоусов и его парк.
Отдельно хотелось бы сказать о главном санитарном враче Тульской губернии Петре Петровиче Белоусове (1856-1896). П. П. Белоусов родился в селе Мантырьево Одоевского уезда Тульской губернии в семье священника местного прихода. Учился он в Тульском и Белевском духовных училищах, в Тульской духовной семинарии и на медицин­ском факультете М ...